Какая вещь самая полезная в лесу? Можно ли искать самого себя и потеряться, уже выбравшись из чащи? Насколько загажены леса региона? Как помочь найти человека, не «вылезая» из телефона? Почему доброволец – не волонтер? «Тульские новости» представляют интервью с представителем поискового отряда «Лиза Алерт» в Тульской области Сергеем Юстусом.

Можно потеряться, выбравшись из леса

В Сергеем Юстусом мы встретились вечером в одном из ресторанов общественного питания. Обычно, свободный вечер для Юстуса – вещь редкая.

Проще становится именно зимой, когда люди пропадают значительно реже. В поисковом отряде Сергей уже почти 4 года. Региональным представителем «Лизы Алерт» после ухода предыдущего руководителя стал как один из самых опытных поисковиков. 

- Три-четыре года – это опытный поисковик?
- Человек может начать заниматься этим уже и после года. Региональный представитель – это административная работа. Здесь не надо обязательно уметь искать людей. Здесь надо организовать саму работу.
- А как вы вообще попали в отряд?
- Просто «Вконтакте» увидели сообщение, что нужны люди на поиск. Было свободное время, решили попробовать помочь. Приехали, пару дней искали. Человек нашелся на шестые сутки живым. Он ушел грибочков поискать или даже просто прогуляться. Это было в Алешне. Он зашел в лес вечером. Потемнело раньше, чем рассчитывал. Ну, он и «плутанул». На следующий день или через день он вышел в районе какой-то деревни, но вместо того, чтобы попросить помощь, он спросил: «А где моя деревня?». Ему показали тропинку, он пошел по ней и опять потерялся. Помню, что он попал в овраг, там упал и «повредился». Дальше уже идти не мог. Он там какое-то время и «прожил» в овраге, пока его не нашли.
- Сами находили человека?
- Года два назад под Ясногорском. Похожая история: мужчина пошел в лес грибочков пособирать. Он приехал на дачу, места знал плохо, но все равно решил пойти. Ну, и «плутанул». Там такой лес, что в нем легко потеряться. Начался проливной дождь, потемнело раньше чем хотелось бы – солнца нет, ориентиров нет. Мы приехали ночью, он уже около суток провел в лесу под дождем. Так получилось, что моя группа вышла почти на него. Мы идем, зовем его по имени. Со мной было две девчонки и они говорят: «Что-то там кто-то кричал». И действительно, из небольшого оврага выходит… Увидел нас, удивился. Он был уставший, замерзший, идти не мог. Мы за какое-то время собрали ребят вокруг себя с комплектом эвакуации, мягкими носилками. Завернули его в спальный мешок, положили на носилки и три часа по лесу… Мы тоже в темноте ничего не видим, через бревна, через все… Ну, все нормально, «вывезли» его, потом скорая подъехала. Его отвезли в ясногорскую больницу. К обеду он уже «ожил».

«На занятия не успеваю, бабушку тащу»

Юстус работает инструктором в автошколе. Совмещать работу и хобби, порой, сложно. Часто руководит и организует работу удаленно – с помощью соцсетей, по телефону. 

- В «поля» сейчас, получается, вообще не выходите?
- Почему? Выхожу. Хотя в «поля» мы обычно выходим уже после работы, в ночь. Ну, у меня понимающий директор, он может позволить где-то «заколоть». Ученики тоже понимают если звоню и говорю: «Ребята, бабушку тащу, на занятия не успеваю, давайте перенесем».
- А семья как реагирует?
- Мы вместе с супругой приходили. Дети помогают заряжать оборудование. Нет, понятно, что когда-то бывают какие-то нюансы, проблемы и надо заняться домом, а домом не получается заняться. Ну, не уйдешь же от этого – люди постоянно пропадают. Где-то какие-то споры, но с супругой мы все это время вместе и она понимает, что это такое.
- Какие дивиденды вам это приносит? Понятно, что хобби, но материальные блага есть?
- Вы на рыбалку ходите? Какие там материальные блага?
- Рыба.
- А, ну если только рыба (смеется). Ну, если я пойду на рыбалку, я поймаю маленького пескарика и его отпущу. Но мне будет кайф, что я его поймал. Интерес же в этом. Я же не пытаюсь заработать рыбалкой, мне просто интересно. Так же и здесь. Человека когда находишь, это такие чувства, что я даже не знаю как передать. После бессонной ночи обычно еще долго не можешь заснуть. Большинство отчетов о поисках, которые я писал, они писались как только приехал, пока еще на эмоциях. Они самые красочные. Люди читают и говорят: «Ого, как нас впечатлило». А я вообще не умею писать, даже и разговариваю с трудом, мысли выражаю (смеется). А здесь такие эмоции, что просыпается в голове писатель. 
- Было такое, чтобы волонтеры сами терялись?
- У нас нет. Единственное, у меня был случай, когда связь прерывалась. То есть, они не рассчитывали, что рации сядут. Связи с группой не было, но они решили закончить задачу. Я был в них уверен, но был уверен и в том, что они… Мало ли что случилось, ночь, лес. Там и овраги с водой были. Начал собирать поисковую группу.
- А как вообще все происходит? Как к вам обращаются люди?
- Вариантов масса – соцсети, горячая линия, «112». Со «112» у нас сейчас плотное сотрудничество. Если есть информация о пропавшем человеке, они сразу звонят нам. Плотно мы сейчас взаимодействуем со всеми ведомствами – полиция, МЧС, служба «112», министерство здравоохранения активно помогает, следственный комитет.
- А изначально не было такого, что «мы – полиция, МЧС, а вы не мешайтесь»?
- Первое время, когда мы только начинали, нам говорили: «А кто вы такие?». Какие-то люди пришли со стороны, которые хотят узнать информацию о человеке, персональные данные. Первое время доверия не было, потом на местах начали узнавать, сами звонить, что нужна помощь. Сейчас уже настолько плотно взаимодействуем, что полиция знает, что если пропал человек, то будет неплохо если мы поможем. Ресурсы их, сами понимаете, ограничены.
- Конкретные истории помните? Чтобы вас прям задело.
- Был случай, я о нем писал. Случилось все из-за халатности сотрудников конкретно на месте. Не в общем, а на месте. Там бабушка ехала в Ростовскую область и она в какой-то момент на стоянке пропала. Созвонились с полицией, они сказали: «Не-не, тут все нормально и даже приезжать не надо». Мы все равно приехали, начали на месте выяснять. Оказалось, что бабушка пересела в другой автобус. Там такая «жесткая» бабушка, ей не понравилось, что водитель курил. Она решила пересесть. Мы подняли всех кого можно, даже дочь ее с Москвы приехала. К утру уже было понятно где она, все было нормально. Сотрудники как-то халатно отнеслись… Мы написали статью, их потом пожурили. Ребята там получили нагоняй. 

Крепкое рукопожатие губернатора

Перед новым годом Юстус встретился с губернатором. Обсуждали сотрудничество поисковиков с различными ведомствами. Не обошлось и без подарков. Дюмин подарил отряду два квадрокоптера и десять навигаторов.

Также недавно тульские поисковики стали сотрудничать с региональным отделением «Национального топливного союза». Последние уже «перевели» первую партию бензина.

- Поиск «сжирает» деньги и время. 
- Каждый выбирает то время, которое он использует. Если я освободился с работы, у меня есть время и мне не надо дома прибивать полочку, я иду на поиски. Головой и душой я там, в какой-то степени, отдыхаю. Если есть результат, то прилив сил очень немаленький. 
- По несколько суток не спали?
- Меня медицина порвет, если я спать не буду. Нет такого, что вообще не спим. Несколько часов надо. Максимально – не спать одну ночь. Надо поспать хоть немножко, иначе мы не доедем. За рулем в таком состоянии ездить нельзя. Говорю как инструктор. Устал? Полежал, поспал. Можно прямо на месте. И через несколько часов со свежими силами вперед. 
- Вы сказали, что наладили контакт с медициной. Изначально сталкивались с какой-то неоперативностью? 
-Медики изначально очень борются за персональные данные. Позвонить спросить не поступал ли Иванов Иван Иванович и, по идее, они даже эту информацию не должны распространять. Сердобольные медсестры говорят, а некоторые нет. Говорят, что с утра откроется справочная, туда и звоните. Позиция правильная, но иногда в лесу 20 человек ищут бабушку, но она давным давно вышла на трассу и ее отвезли в больницу. Они бы могли закрыть поиск одним словом. 
- А с федерального центра помощь есть?
- Да, на организацию работы. Нам нужно оборудование, помочь с взаимодействием. Сейчас улучшилось взаимодействие с Минздравом. После беседы с губернатором… Он посодействовал. У нас была очень короткая беседа. Что могу сказать? Человек серьезный. Даже какие-то слухи были, что он будет президентом, да? 
- Да.
- Ну, а так, в политику не лезу. Рукопожатие крепкое. Это мужик, что могу сказать. Человек слова. Все, что мы просили, он сделал. И в короткие сроки такие.

В лес не ходил - боялся

- Сколько максимально человек может находиться в лесу?
- Вот у нас – это 6 суток было, тот случай когда я только пришел. А вообще максимально зарегистрированный в отряде случай – 11 дней. То есть 11 дней мы еще реально ищем живого человека. После 11 дня мы понимаем, что скорее всего человек уже мертв и используем другие методики. 
- Какие?
- В первые сутки можно человека звать, он вам откликнется. На 3-4 сутки уже начинается «прочес». Это когда мы плотными рядами идем и осматриваем на предмет лежащего человека. То есть, он может быть живой, но уже не отзываться – устал или даже охрип. Используются также собаки, беспилотники.
- Как часто находили трупы?
- Трупы – это обычно что-то полукриминальное, то есть если человек… Или утонул. Или это старая заявка. То есть, если в первые дни не искали, не было заявки и человек просто не дожил до нашего поиска. Чуть ли не в первый год мои в отряде, бабушка прожила в лесу дней пять, но, к сожалению, не выжила. Ее нашли через неделю. Еще бы пару дней… Но она ушла очень далеко, залезла в жуткий бурелом. У нас даже не было таких сил и возможностей, чтобы ее найти…
- Сами когда-то терялись?
- Нет. Ну, может в детстве, и то не помню. Я вообще раньше в лес не ходил никогда, боялся всегда. Как-то пошел с товарищем за грибами, он меня водил-водил, я был уверен, что нам идти в одну сторону, а он меня вел в другу. Спросил зачем он меня дальше в лес ведет, а он: «Почему? Сейчас выйдем». И действительно, вышли к машине. Тогда я понял, что в лес мне ходить нельзя. 
- Сейчас все изменилось.
- Да, конечно, у меня компас с собой. Я очень быстро научился работать с компасом и навигатором. В любое время суток при любой погоде могу зайти в лес, не боясь. Потому что я точно знаю куда мне выйти. Не страшно.
- Самая страшная история на вашей памяти.
- Самое страшное – утонувшие дети. Были дети и совсем маленькие – двух лет. Были дети и 10 лет. Буквально этим летом девочка в Донском… Вот это, наверно, самое страшное. И нередко они тонут по халатности взрослых. Ребенок и вода – вещи несовместимые. Вообще никак. Он должен стоять рядом с вами, если хочет в воду зайти. Года два-три назад еще случай был. Не мы нашли, а водолазы, конечно. По вводным было ясно, что он, скорее всего, там. Мы в это время осматривали прилегающую территорию на случай, если он куда-то ушел. Там была посадка рядом, высокая трава. Но нашли его в воде…
- Вы ведь в таких случаях понимаете, что утонул человек. Одна миллионная процента, что он жив. Вы знаете, что его сейчас достанут из воды, он мертв, но вы идете и ищите.
- Шанс есть всегда. Мизерный, но он есть. Это настраивает на то, чтобы идти и искать. А так, я за эти годы немножечко зачерствел. Это почти что работой стало. Если знаю, что надо пойти и проверить, то пойду и проверю. Даже понимая, что он в воде, все равно надо проверить.
- Были случаи, что искали одного, а находили другого?
- У нас нет. В другом регионе было такое, что сам себя «потеряшка» искал. Бабушка ушла в лес, потерялась, но она не до конца осознавала, что потерялась. Поисковики наткнулись на нее в лесу и она поинтересовалась у них, что они тут делают. Ей рассказали, что бабушку ищут. Ни фото, ни описания у них не было. Она решила им помочь. Довольно долго искала с ними, вместе с ними и вышла к штабу. К тому моменту уже появилось фото. Так и выяснилось, что та самая бабушка, которую целая толпа ищет.

«Бегунки» молодеют

- Насколько загажены у нас леса?
- Мы довольно глубоко заходим, там не так сильно. Хотя, в прошлый раз мы нашли мусор почти в двух километрах, в чаще. Зачем туда принесли несколько пакетов с мусором, я так и не понял. Мы туда буквально «прорывались» ночью через кусты. Ну, а так, края лесов, конечно, загажены. 
- Проще искать зимой, летом, осенью, весной?
- В разное время разные категории людей. Сейчас редкие пропажи, чтобы человек потерялся в природной среде. А если и теряется, то его проще найти прямо по следам. Сейчас обычно городские поиски. Скоро весна начнется и будут подростки бегать. Весна в голове, самая длинная четверть и начнут непонятно зачем убегать. 
- С прошлого года ведут поиск парня и девушки. Ей 16, он постарше и «косил» от армии.
- Да-да, с сентября. Я думаю, они «свинтили» далеко, в другой регион далекий. Почему нет? Кто мешает без документов устроиться на работу? Если у них там большая любовь.
- А что за мода вообще пошла уходит из дома?
- Возраст вот этих «бегунков» вообще снизился. Обычно это был возраст от 13 и выше. Сейчас уже и десятилетние уходят из дома. Конфликты с родителями. Другое поколение родителей выросло, может, как-то по-другому воспитывают. Честно говоря, не разбирался, но мои не уходят никогда, потому что знают, что их найдут очень быстро (смеется). Они видят как за считанные часы ребенка везут обратно. 
- А сталкивались ли с тем, что дети осознанно уходили от родителей? Из-за условий, в которых живут.
- Немало таких… С нормальных семей вообще мало уходит. Если семья пьющая, там ребенок быстрее побежит. Он уже начинает привыкать жить на улице, ведь дома ему некомфортно.
- Его находят, родителям выписывают штраф и ребенка возвращают обратно. 
- Если он первый раз пропал, им сразу же заинтересуются органы опеки. Приходят, осматривают условия, ставят на учет… Я в это не лезу. Наше дело – найти. 
- Сколько бы дней вы выжили в лесу? Летом.
- Честно говоря, не знаю сколько я смогу без еды прожить… 
- А грибочки?
- Какие грибочки я буду есть сырыми?
- У вас спички есть.
- Аааа… Думаю, меня на следующий день уже найдут (смеется).
- Что не стоит делать, если потерялся?
- Главное правило: оставаться на месте. Чем дальше уходишь, тем сложнее будет найти. Второе правило для детей, в первую очередь: не подходить к воде. Даже небольшой ручеек может быть опасным. Почва возле ручейка сырая и можно как в болоте застрять. Если очень хочется пить, надо искать самый маленький водоем. Взрослому совет: ищите проточную воду. Это уже если есть понимание, что без воды умираешь. Иди по овражку, вода вниз стекает. Конечно, нужно какие-то сигналы подавать.
- Кричать? 
- Кричать нужно не очень громко, чтобы не тратить много сил. Если есть спички, то это костер. Все чуть ли не со школы знают, что два дымных костра – это сигнал SOS. Любая пролетающая техника хотя бы обратит внимание и в «112» передаст, что в таком-то районе видел костры. И мы если понимаем, что у нас там человек со спичками, то мы наверняка будем использовать авиацию. Костер видно за несколько километров. Достаточно просто поднять беспилотник и дым от костра я увижу. 
- Спички – главная вещь в лесу?
- Спички – отличная вещь. Но лучше компас.
- С помощью компаса поесть не приготовишь.
- Скорее всего, не придется, потому что уже к дому выйдешь. Только надо научиться как им пользоваться. Это несложно. Просто нужно перед уходом в лес посмотреть в какую сторону заходите, а потом выйти в обратную. 
- Когда последний раз выходили на поиск?
- У нас недавно была тренировка.
- Тренировка? 
- Да, для беспилотников, которые подарили, есть специальная программа. Вот мы и осваивали ее. А именно поиск… Конец ноября – начало декабря пешочком ходил.
- Кого потеряли?
- Под Дубной дедушка потерялся.
- Нашли?
- Нет, до сих пор не нашли. 
- Максимально сколько проходили? 
- Не считал. Помню, что в одну сторону было 12, как минимум. И еще обратно. Но это редкость. По лесу вообще скорость движения маленькая и не столько километры наматываются, сколько часы. За час группа может пройти 700 метров по лесу если это «прочес» и они осматривают каждый сантиметр. Если они прошли больше 700 метров, то они где-то что-то не доглядели. 

Мы не волонтеры 

- Волонтер – он кто? Взрослый мужчина, молодой, его пол?
- Мы не волонтеры. Мы - добровольцы.
- А что за отношение к слову «волонтер»?
- Это слово довольно сильно испохабили. Недавно слушал девушку-директора общественного ресурсного центра, она же – один из руководителей волонтеров в Тульской области. Не нас, а волонтеров. Эти волонтеры, в принципе, волонтеры, но они все равно делают это за что-то. За балл в ЕГЭ, например. Поэтому там много молодежи. Ее привлекают, думаю, конфетками или «ребята, мы сегодня всем классом идем помогать бабушке», то есть добровольно-принудительно. Думаю, такое практикуется. В нашем случае, люди приходят по доброй воле. Поэтому мы добровольцы.
- Так вот, доброволец – он кто? Возраст, пол.
- «18+», это так и так. Я могу отправить подростка, но с родителями и это будет задача клеить по городу ориентировки. Максимально. В лес нет. Даже если мама скажет «да», мы скажем «нет». Молодежи не так уж и много. Видимо, они занимаются…
- Они волонтеры.
- Да, они волонтеры и им некогда с нами работать. Нет, есть молодежь, но не так много. Скорее, люди после 25. Немало молодых мамочек, в декрете. Она сидит, у нее есть свободное время. 
- Как они помогают, если у нее ребенок?
- Она же может помогать информационно. В сети работает еще такая же команда примерно, которая находится на местности.
- Что они делают? 
- Обзванивают больницы, делают посты в соцсетях, договариваются экипажи, которые едут на место. Могут договориться, чтобы кого-то отвезли, заправили, распечатали ориентировки. Могут даже готовить еду и отправлять ее добровольцам в лес, чтобы они могли просто хотя бы попить горячего чая. 
- Когда собираетесь заканчивать?
- Если ночью сегодня не позвонят, то часам к 9-10 с ребятами закончим. 
- Нет, вообще.
- Говорят, что доброволец живет три года. Потом меняется какая-та жизненная ситуация. Можно просто перегореть.
- Но вы-то уже 4.
- Ну да, я уже перескочил. Знаю людей, которые уже 7 или 9 лет… Как понял, что если перескочил три, то…
- Назад дороги нет.
- Да-да, назад дороги нет. Если только что-то кардинальное только случится, что я не смогу этого делать. 
- А сколько у вас детей?
- Трое.
- Младшему сколько? 
- Тринадцать.
- А старшему? 
- Пятнадцать. У меня погодки. 
- Все помогают? 18 исполнится, отпустите в лес?
- Я не уверен, что они захотят помогать. Потому что в 18 лет у них будут другие интересы. Во-вторых, они всего уже этого насмотрелись. Интереса такого может не быть. Мы раньше если с супругой выходили вечером в магазин, то нас спрашивали: «Вы вернетесь утром?» (смеется). 
- Бывает такое, что все бросаете и едете на поиск?
- Нередко. Ну, если уроки не сделает сын без меня, то поедет жена. Или наоборот. А если та же самая полочка, то прибьем завтра, что…