В 2016 году 36-летняя Анна Селезнева взяла займ под залог квартиры у частного лица на ремонт машины и открытие бизнеса. Бизнес не заладился, деньги она вернуть не смогла, связалась с зеком из колонии, расположенной в Щекинском районе, который убедил ее, вероятно, за вознаграждение, помочь доставить на зону наркотики. Попалась при передаче и отправилась в тюрьму. Из-за займа, который она не погасила, квартиру выкупили, после чего новый собственник подал в суд на выселение проживающих там 73-летней матери и 11-летней дочери Анны.
 
«Тульские новости» - о неразумных поступках и неприятных последствиях.
 
ПРОЛОГ
 
Анна Селезнева легко нашла сверток с наркотиками и теперь 36-летней женщине надо было только придумать, как незаметно переправить «находку» в колонию. Конечно, можно было бы послушать Лешу (имя изменено - прим. автора.), ее друга из тюрьмы, и прикрепить сверток к арбалетной стреле, но вот только какой из нее стрелок?
 
По пути домой Анна размышляла и перебирала все возможные варианты, пока не пришла к выводу, что арбалет, лежавший в схроне рядом с «товаром», - это ее единственный шанс выполнить просьбу и не попасться. Полночи она фасовала наркотики и крепила их к стрелам. Перед тем, как рухнуть на кровать и уснуть, написала Леше, что вечером выполнит его просьбу.
 
- Ей часто звонили и просили выполнить, судя по ее реакции, что-то неприятное, - рассказывает 73-летняя Надежда Соловьева, мама Анны. - Чаще ей удавалось отбрехаться от звонившего, но несколько раз она уезжала незнамо куда. Понятия не имею, что за у нее друг такой в тюрьме завелся и почему она согласилась на все это. Она же у меня такая умничка - все свободное время проводила с дочкой, Дианой. При этом, умудрялась ухаживать за соседом-инвалидом - пять лет назад его мама на смертном одре попросила слезно и Анечка ей пообещала, что будет заботиться о нем. А теперь на мне и сосед остался и Диана, а ведь я сама инвалид...
 
На следующий день, попрощавшись с мамой и дочкой, Анна уехала «таксовать» - после увольнения и неудачной попытки поработать на себя, это стало единственным средством не самого большого заработка. А деньги женщине нужны были катастрофически - тяжелым грузом висел взятый пару лет назад займ, о котором она почему-то не рассказала маме. Пообещав себе, в который раз, что что-нибудь придумает, она захлопнула бардачок машины, и приняла очередной заказ. 
 
Анну Селезневу арестовали при попытке переправить в щекинскую колонию 135 грамм наркотических средств. Еще 5 грамм, задержавшие ее сотрудники УФСИН, обнаружили в машине, припаркованной неподалеку от исправительного учреждения. 21 февраля этого года ее приговорили к 3 годам и 3 месяцам тюрьмы. На ближайшие 39 месяцев ее домом станет одна из колоний Орловской области.
 
 
КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС
 
А вот дочь Анны и ее мама в скором времени дома лишатся - сразу же после ареста женщины Надежду Соловьеву вызвали в суд, где она узнала, что квартира, в которой она жила последние 30 лет, с 2018 года принадлежит другому лицу - жительнице Калуги.
 
- В исковом заявлении написано, что квартиру, кадастровая стоимость которой составляет 4 миллиона, забрали за долг в 250 тысяч рублей, - вспоминает Надежда. - Оказывается, в 2016 году Аня оформила займ на год у частного лица под залог недвижимости. В течение года возвращала деньги, но не на тот лицевой счет. Сказала, что заемщик специально дал ей неправильные данные. Проверять эту информацию, когда начался  суд, никто не стал. А я еще в 2005 оформила жилье на Аню и моего сына, как только пошла волна приватизации. Вот так и вышло, что квартира-то моя, а по бумагам прав у меня как у букашки какой-то...
 
По словам Надежды Алексеевны, деньги нужны были Анне на ремонт машины, которую в 2015 году разбил ее муж, 43-летний Дмитрий, после чего на 8 месяцев ушел в запой. Оставшиеся после ремонта деньги были вложены в бизнес - пара решила открыть палатку по ремонту обуви. Но дело не пошло и супруги постепенно разругались, после чего и развелись.
 
- Да я даже не знал, что она кредит брала, я сам во все вкладывал денежки кровные, - утверждает Дмитрий. - И вообще, мы уже давно разбежались, так что я ворошить прошлое не хочу. Если хотите знать про дочку, то я ее как-нибудь куда-нибудь пристрою и не оставлю, на этом точка...
 
После первого заседания по исковому заявлению о прекращении пользования жильем и снятии с регистрационного учета, на Надежду Алексеевну обрушилась еще одна неприятность в виде не совсем откровенных юристов.
 
- Выселение выселением, а Аньке адвокат нужен был толковый, так я нашла в интернете какую-то фирму, договорилась о консультации. Заключила договор на 70 тысяч. Думала, что надежно будут в суде защищать мою дочь, но когда начались заседания, они никого не прислали - сказали, нет свободных людей. Я захотела вернуть деньги, но выяснилось, что договор так ловко составлен, что, оказывается, фирма представляла интересы Ани только в СИЗО и никакого спроса с них нет. И не знаешь, то ли плакать от бессилия, то ли их хвалить за соображалку - так дурить людей еще уметь надо…
 
«МАМА ВЕРНЕТСЯ И ЧТО-НИБУДЬ ПРИДУМАЕТ...»
 
Судебный процесс по выселению пенсионерки и малолетней девочки растянулся на 8 месяцев. Все это время на них оказывалось психологическое давление - Надежде Алексеевне угрожали, над Надеждой Алексеевной смеялись, Надежду Алексеевну запугивали.
 
- Неоднократно меня и Диану преследовал один и тот же легковой автомобиль - просто ехал сзади за нами по улице. После третьей такой «прогулки» я развернулась и пошла к машине, чтобы выяснить, чего надо ему. Так меня просто приперли к забору, еле внучку успела в сторону оттащить. Потом в квартиру приходил представитель калужанки, которая с нами судилась, вместе с каким-то бородачом. Они вообще интересовались, куда удобнее наши вещи вывезти - на свалку или на Мыльную гору? В здании суда отпускались шуточки, мол, я уже старая, какая разница, где умирать - на улице или в доме. Как я это пережила - одному Богу известно. Спасибо Дианочке, она всегда меня утешит, подбодрит. Если суд скажет, что я должна отдать свой дом какой-то особе, я, наверное, сразу и помру...
 
11-летняя Диана является гордой хозяйкой собаки Жули и нескольких ютуб-каналов, созданных вместе с одноклассниками. В принципе, этим нехитрым набором и ограничивается ее имущество. Девочка, в отличие от своей бабушки, довольно беззаботно смотрит в будущее, несмотря на то, что настоящее видится ей не совсем оптимистичным из-за безответственного поступка ее мамы в прошлом.
 
- Скучаю очень сильно по маме, она моя лучшая подруга. А теперь я даже не знаю, когда ее увижу - 3 года это о-о-очень долго. Папка у меня нормальный - груши привозил на прошлой неделе. Когда приезжает, с ним бывает весело. Бабушка говорит, что мы скоро бездомными будем, но папа этого не допустит, да? Бабушке же совсем немного места надо, переедем к нему, а потом мама вернется и что-нибудь придумает…
 
БЕЗДУШНО, НО СПРАВЕДЛИВО?
 
21 июля Центральный районный суд Тулы вынес решение по делу Надежды Соловьевой - ветеран труда вместе со своей внучкой обязаны освободить занимаемое ими жилое помещение.
 
- Удивительно, но судья не дала выступить представителю Уполномоченной по правам ребенка в Тульской области, доступно не объяснив этот факт, - недоумевает адвокат Надежды Алексеевны. - Свое решение уважаемый суд аргументировал тем, что у Дианы есть отец и она может пойти к нему. А куда идти пожилой больной женщине суд не сказал. Конечно, мы подадим апелляцию, но надежды на то, что суд изменит решение практически нет…
 
Отец Дианы сейчас проживает вместе с сожительницей в квартире на 6 собственников. В ответ на наш вопрос, сможет ли он обеспечивать дочку, Дмитрий увильнул, заявив, что ему надо еще все самому выяснить. Что именно он собрался выяснять - неизвестно. 
 
Уполномоченный по правам ребенка в Тульской области Наталья Зыкова сообщила нам, что в курсе данной ситуации и будет помогать в составлении апелляционной жалобы.
 
- Я не знаю, что мне делать теперь, - сквозь слезы говорит Надежда Соловьева, узнав о решении суда. - Видно, никакой справедливости в мире не осталось. Одна надежда остается на губернатора нашего. Не может он не увидеть, что творится беззаконие. Надо будет - в ноги пойду кланяться и молить. Ну нельзя же так равнодушно выкидывать человека на улицу. Закон беспристрастен, но у его служителей-то должно быть сострадание или они вовсе и не люди там?
 
текст: Артем Жильцов

фото: автора